kabobo.ru Первая серия «Рекламный отдел не должен читать заметки …»
страница 1
А.Васильев, гендиректор ИД «Коммерсантъ»: Журналистика – реклама – PR. Конфликт интересов и точки соприкосновения

Выступление генерального директора и шеф-редактора объединенной редакции ИД «Коммерсантъ» Андрея Васильева на Международном фестивале рекламы в Киеве.


Первая серия
«Рекламный отдел не должен читать заметки …»

– Когда «Коммерсантъ» появился (1990 год – В.В.), у нас была еще глубоко совковая страна, где ничего не стоила бумага, типографские услуги и почта. Мы продавались по рублю, и это приносило деньги. Тогда был большой спрос на прессу, и даже у «Ъ» тираж был больше 500 000 экземпляров. Это сейчас поражает, а тогда считалось даже и немного, потому что «Комсомолка» или, скажем, «Аргументы и факты» имели по несколько миллионов… А «Ъ» тогда выходил раз в неделю и был довольно тонкий – 16 страниц формата А-3.

И вот собрали мы однажды на полосу рекламы. А наш тогдашний владелец и главный редактор Володя Яковлев, создатель «Ъ», всю эту рекламу снимает, потому что, говорит, «у нас статьи не лезут, какая реклама?!» А у нас, как у взрослых, уже работала рекламный директор. И она, конечно, после этого вешаться пошла: за рекламу-то заплатили... Я говорю Володе: «Чего ты девушку обижаешь? Она работала…» Он отвечает: «Да за эту рекламу мы все равно три копейки получим, а заметки, действительно, ставить некуда. Ну хорошие заметки, жалко их снимать ради какой-то паршивой рекламы!»
Я к чему это вспомнил… Если в раю когда-нибудь будут выпускать газету, то так в идеале и должно выглядеть. Журналисты не должны ориентироваться на такие скучные вещи, как деньги! Более того, мы этот идеал в жизнь продвигаем. У нас есть шутливое, а может, и не совсем шутливое внутреннее правило: журналист не имеет права смотреть, какая у нас в газете реклама. Он ее просто должен не видеть! А рекламный отдел не должен читать заметки. Потому что, когда прочтет, ему захочется повеситься, ведь там вся правда написана о его рекламодателе.
Тут сидит директор нашей рекламной службы Лера Любимова, так у нее есть «добрая примета»: как только у Леры идет контракт на полмиллиона долларов с каким-нибудь BMW – осталось только подписать, все готово, так тут на первой полосе «Ъ» выходит статья… И контракта, в общем, как бы и нет... Но надо сказать, что контракт, конечно, только откладывается, а через какое-то время клиент к нам все-таки приходит. И я хочу объяснить, почему так происходит…
«Мы не можем про них не писать»

– Не секрет, что многие рекламодатели, размещая свои деньги в каких-то изданиях, имеют в виду еще и пиар. То, что они называют «пиаром», мы все с вами прекрасно знаем, это никакой ни пиар, а заказухи. Ну, джинса. И есть масса изданий, у которых все их рекламные бюджеты напрямую связаны с пиаром. Соответственно, так эти газеты и читаются…

Я не могу сказать, что мне или в «Ъ» подобные предложения не поступают. Рекламодатели это называют «лояльностью» или еще какими-то хорошими словами, но все понятно: «Вы будете писать заметки, которые мы вам закажем, и не будете писать те, которые нам вредят».
Приведу пример. Стали мы выпускать Weekend. Есть черно-белая газета, а к ней по пятницам выходит вполне себе глянцевое приложение, посвященное дорогому шоппингу, дорогому отдыху, дорогому туризму, ну и плюс кино, театры, выставки – афиша. И есть у нас очень крупный рекламодатель – фирма Mercury. Они приходят: «Давайте будем писать про нас заметки в Weekend». Мы говорим: «Дорогие ребята, не получится, потому что приложение к «Ъ» – это такой же «Ъ». Вам нравится наше издание – давайте сотрудничать. А писать мы будем все равно про что хотим».
Очень непростой был, кстати, разговор, а главное, он был непонятен нашему уважаемому рекламодателю. Много раз пришлось на эту тему общаться... В результате все сложилось, и мы – их любимое издание и т.д. Они много рекламных полос покупают, но при этом очень часто являются фигурантами наших честных, неангажированных статей…
Я нередко слышу от своих журналистов обвинения, что, мол, эта заметка продана, эта куплена, а это – заказуха. Как любой главный редактор, я не сильно обращаю на это внимание. Но в случае с Weekend я таких вещей почти не слышу: формат издания предполагает, что если мы в каждом номере пишем про дорогой шоппинг, а магазины Mercury, действительно, являются одними из лучших в Москве, их очень много, очень много брендов продается этой фирмой, то мы не можем пройти мимо. Про что мы тогда будем писать?.. У них – новая коллекция. Мы обязаны написать! Нам читатель не простит… И получается такая вещь: с одной стороны, мы получаем с людей деньги за рекламу, а с другой, пишем про них, но не за это. А с третьей стороны, мы не можем про них не писать, даже если бы они вдруг сняли свою рекламу. Вот это пример доброкачественного взаимодействия между рекламодателем и средством массовой информации.

На примере "Weekend"a расскажу еще об одном случае, когда мы в хорошем смысле этого слова «легли» под рекламодателя.


«Ма, как птички, послушались …»

– Мы начали выпускать этот "Weekend" по субботам. Была такая идиотская мысль, что можно поднять субботний тираж за счет приложения. Мысль, действительно, идиотская, потому что в субботу наш читатель не будет ходить в киоск. Ну, разве что какие фанаты... И до сих пор в субботу мы выпускаем «Ъ», конечно, только для понтов. Он убыточен, там и рекламы почти никогда не бывает. Но мы не можем разочаровывать тех, кто привык нас читать по субботам…


И вот мы выпускали по субботам прекрасный такой "Weekend". Все его смотрели, всем он нравился. Тираж, конечно, поднялся. Выпускаем, выпускаем, а рекламы там никакой нет! И долго ее нет, несколько месяцев. И рекламируются там только эти… «сауна», «досуг», в общем, публичные дома. И потом к нам приходят серьезные рекламодатели и говорят: «Не валяйте вы дурака! Перенесите это дело на пятницу, и все у вас будет хорошо». Как же – на пятницу, если это называется "Weekend", и мы, как честные ребята, должны выпускать в субботу или воскресенье. «Да мало ли, что уик-энд, у многих он начинается в пятницу».

И вот тут мы просто, как птички, послушались уважаемых рекламодателей. Перенесли приложение на пятницу. Оставили свои идиотские затеи поднимать субботний тираж. И теперь это один из лучших, один из прибыльнейших проектов издательского дома.


«Это – не реклама. Это взятка»

– Деньги могут и не пахнуть. Вот «Газпром» все время рекламируется на НТВ. Возникает законный вопрос: а зачем «Газпрому» рекламироваться, если он монополист? Незачем. Но, с другой стороны, «Газпром» финансирует НТВ, надо как-то туда заносить деньги. Вот он и заносит таким образом: размещает очень много рекламы и этим кормит свой телеканал. Схема такая… наивная, но это все-таки схема.

Могу привести пример с Украиной. О мертвых – либо хорошо, либо ничего, но... Покойный господин Кирпа был начальником министерства транспорта и железных дорог. И вы помните, как мощно размещалась реклама этих железных дорог. Вот зачем, спрашивается? Ответить было невозможно никакому фининспектору: «А вот мы хотим! Имеем право!» Но мы с вами знаем, зачем это делалось: ни на телевидении, ни в прессе никаких критических заметок про железную дорогу быть не могло. Это – пиар? Это никакой не пиар, а покупка, тупая покупка журналистов через их начальников. Эффект негативный. Потому что все смотрят на это позорище и понимают, что это – не реклама. Это взятка. Сейчас в эфире вышла взятка! И люди начинают негативно относиться к организации, которая транжирит народные деньги. Такое есть и в России, когда отказывает здравый смысл…
«Ты можешь травить своего Пупкина…»

– В свое время мы в «Коммерсанте» первыми изобрели так называемую «текстовую рекламу». «Коммерсантъ» много чего изобрел. Даже гороскоп как журналистский жанр первым появился в нашей газете. И вот мы придумали размещать тексты на правах рекламы. Вы часто видите подобное в разных газетах на правах редакционных статей. В одной газете пишут, что Пупкин – нехороший человек, украл все деньги, а в другой газете, что Пупкин – честнейший человек, а деньги украл Сидоров…

Ну, естественно, и нам такие вещи очень часто приносили. И мы изобрели такой жанр: о`кей, ты можешь травить своего Пупкина, как хочешь, но мы напишем, что все это «на правах рекламы» и другим шрифтом напечатаем.
Эта тема продвигалась мучительно долго и мучительно тяжело! Более того, коллеги мои не верили, что когда-нибудь это станет возможно: мол, люди никогда в жизни не согласятся, чтоб одиозные, ангажированные тексты печатались с пометкой «на правах рекламы».
Причем, разговор-то понятный. Ну, хорошо, говорили рекламодатели, давайте я вам заплачу двойную цену, только не надо писать, что я это оплатил. Ну, хотите, тройную заплачу?.. Когда же они поняли, что это невозможно, то приняли наши условия. Опять же – почему?
Конечно, они могли повернуться и уйти в другую уважаемую газету и напечатать все это под видом редакционной статьи. И, конечно, они поворачивались, уходили и печатали. Платили им тройную цену, черным налом и все дела... А поскольку подобных статей появлялось много, то эффект был… никакой! Даже отрицательный. Когда приносят президенту какое-нибудь подметное письмо, напечатанное в уважаемой газете, он говорит: «Да не верю я этому, заказная статья!..»
Это же был период очень серьезных войн, и такие материалы были очень важны. Это не то, что рекламировать бренд, когда ты можешь продвигать его два месяца в разных СМИ, и когда-нибудь твоя реклама произведет эффект. Нет, такие вещи должны выйти именно сегодня и именно в этом издании, поскольку статью должен прочесть именно этот человек. Она вообще может быть адресована одному человеку – генеральному прокурору или президенту страны. Или жене конкурента.
И вот постепенно этот «вид бизнеса», скажем так, нашел дорогу: люди стали публиковать по-честному, на правах рекламы. И не только у нас. В данном случае мы открыли еще один рынок для наших коллег и конкурентов. Сейчас эта очень распространено, и не считается чем-то стыдным. И уже года полтора меня никто не просил запустить такие вещи не на правах рекламы...
Больше того, когда шли выборы в Думу и выборы президента, в «Ъ» несколько раз публиковался с полосными огневыми материалами Борис Березовский или какие-то его партийные структуры. А Березовский наш владелец, как известно. И вот он платил. А когда надо было срочно, а ему обычно требовалось срочно, он платил двойную цену. Наш директор по рекламе может меня сейчас поправить, но они нам 48 тысяч остались должны… Но, тем не менее, за время этих выборов «Ъ» достаточно много рекламных денег досталось от владельца. И надо сказать, это производило хорошее впечатление. Я общался с какими-то политиками и людьми бизнеса, и они говорили: «Молодец, Борис! По-честному размещает свои гневные отповеди кровавому режиму». А я спрашивал: «А почему вы верите, что он действительно платит деньги? Мы ведь можем это только обозначить… » А мне: «Ну-у-у… Мы знаем, что в «Коммерсанте» так невозможно!»

И это дико приятно было слышать...



Вторая серия
«И тогда рекламодатель никуда не денется …»
– Был такой случай: появилась в газете «Ведомости» статья, причем очень хорошая, про то, как фирмы luxury растамаживают свои брюлики. Статья серьезная, аргументированная, масса фактов. Я это читал с интересом как читатель и с завистью как руководитель СМИ. На этом рынке у нас существуют два крупнейших игрока, оба мои как бы приятели. А друг друга они очень не любят. И вот они, не сговариваясь, позвонили мне: «Слушай, ты можешь это прокомментировать у себя?» Я с обоими встретился. «Ну, это же точно заказ!» – говорят.
«Конечно, информацию слила таможня, – отвечаю я. – Зачем ей это нужно, не представляю. Но в газете с ней поработали здорово: нашли информационный повод, позвонили вам, задали правильные вопросы, вы это как-то объясняли... Я понимаю, эта статья вам вредит. И хорошо, что информация пришла не нам, а «Ведомостям»: я бы мучился, потому что вы – мои личные приятели. Но я бы недолго мучился и все равно бы ее опубликовал. Я не мог бы ее не напечатать, потому что это очень хорошая статья. И, наверное, были бы неприятности…»
Но! «Ведомости» издает Independent Media, а у этого издательского дома полно глянцевых журналов – "Cosmopolitan" и так далее. И после этой публикации в «Ведомостях», я разговаривал с одним из директоров Independent. Какие, говорю, вы молодцы, напечатали такую классную статью!.. «Правильно, – отвечает, – Мы – молодцы, но после мы так пресмыкались перед этими рекламодателями, вылизали им все плинтуса и скидки опустили ниже низкого, только чтоб они у нас в глянце остались…»
Существует такая проблема. И это говорит о некачественном подходе к сотрудничеству. Потому что в принципе, как идеалист скажу, средство массовой информации нужно выпускать лишь для того, чтобы оно было интересным. Тогда у него будет большая аудитория. Если оно правильно позиционировано, у него будет правильная аудитория. И никакой рекламодатель, для которого эта аудитория важна, никуда не денется!
И если мы изначально контракт нашего общения заключим на таких основаниях, то гораздо проще будем относиться к возможным последствиям публикаций.
«Выгоду посчитать просто …»

– Существует еще такой вид бизнеса: приходят из какого-нибудь СМИ к крупному руководителю и говорят: «Есть вот такой материал про вас, но мы можем его не публиковать». То есть, зарабатывают деньги на не-публикации материала. Достаточно распространенная вещь! Мне, например, жаловался на это руководитель одной из крупнейших наших сотовых компаний. И он говорит: «Мы на это идем. Выделяем бюджеты, потому что нам эти публикации невыгодны».

И что с этим делать?! А ничего!..

Он говорит: «Бюджет, который мы этим газетенкам даем, он идет у нас как взяточный. А серьезные бюджеты, которые мы планируем и где эффект просчитываем, идут изданиям, так не поступающим». А выгоду посчитать очень просто. В «Коммерсанте», скажем, рекламная полоса стоит 24 тысячи долларов без НДС, а в Москве за взятку можно разместиться в какой-нибудь якобы газете за три тысячи долларов. Легко! Вот, собственно, и весь сказ.


«Фридману я больше руки не подам!»

– «Коммерсантъ» заходит на Украину (регулярный выпуск газеты «Коммерсантъ-Украина» запланирован на середину лета 2005 года – В.В.). Мы отдаем себе отчет, что не можем делать это малыми силами. Здесь будет полноценная редакция, офис, деньги. А у «Ъ» деньги есть. И когда мне говорят: «Это вам Березовский велел!»… но я-то знаю, что просто мы в Москве аккумулировали средства и затянули пояса и можем себе это позволить.


Кстати, когда ехал на это выступление, мне позвонило «Эхо Москвы» и сообщило, что в суде принято решение, что «Альфа-банк» возвращает нам 10 миллионов долларов, которые он у нас неправильно отсудил. И если уж я упомянул про «Альфа-банк»…
Сама эта история (иск «Альфа-банка» к «Ъ» после публикации 7 июля 2004 года статьи «Банковский кризис вышел на улицу», ряд фактов которой банк счел не соответствующими действительности – В.В.) для меня очень неприятна! Не то, чтобы денег жалко, это понятно. Фридман (президент «Альфа-групп» – В.В.) – мой приятель, а ему никогда больше руки не подам… Но при этом «Альфа-банк» по-прежнему является нашим рекламодателем. В Москве они чуть-чуть свернули бюджет, но в регионах – нет. Более того, они участвовали в тендере на спонсорский пакет нашего ежегодного издания «Коммерсантъ-Рейтинг». Правда, они его проиграли, денег у них не хватило… А мы, со своей стороны, являемся их клиентами по страхованию. «Ъ» страхуется в «Альфа-Страховании».
Мои человеческие отношения с людьми из этой конторы испорчены, а как бизнесмен, позволю себе право так себя назвать, я не имею права разрывать с ними отношения. Да и они, видимо, тоже не считают нужным разрывать отношения с нами. О чем это говорит? О какой-то все-таки цивилизованности нашего рынка.

Когда случилась эта история, я даже лекции читал перед нашими журналистами: «Ребята, я все понимаю, нам нанесли большой урон, но мы должны писать об «Альфа-банке» так же, как и раньше. Тем более, это крупный ньюс-мейкер, у них много структур: «БиЛайн», магазин «Перекресток», ТНК BP и так далее. И в каждом номере газеты есть заметка, а то и несколько, про структуры «Альфа-групп»…»


И я убеждал людей, что наш читатель и вообще весь бизнес, очень внимательно будут читать статьи, посвященные «Альфа-групп», и никто не должен упрекнуть нас, что мы изменили свое виденье их проблем. Как неприятных, так и приятных. И должен сказать, это дается нам с переменным успехом, потому что была нанесена обида. Не лично мне, а журналистам – их обвинили, что они сделали заказную статью. Обвинили на весь мир. И требовать от людей, чтобы они об этом забыли, тяжело. Надо требовать, но тяжело...

У нас в редакции есть группа proof-readers, это такие внутренние цензоры, на самом деле, и они цензурируют заметки, в том числе, и на предмет «джинсы», и расхождений с журналистскими принципами. И я им дал указание внимательнейшим образом отслеживать статьи про «Альфа-группу», чтобы не было подспудной заказухи.


К чему я это говорю?..
«Любите журналистов!... »

– Любое СМИ делают не начальники, а журналисты, а это живые люди со своими симпатиями и антипатиями. Журналист зависит от бизнеса как от поставщика информации. Грубо говоря, ему не рассказали страшную банковскую тайну, а его коллеге из другой газеты рассказали, и тот написал статью, а этого уволили. Поэтому журналист должен любить своих ньюсмейкеров, а они должны любить его.

И когда мне начинают жаловаться на журналистов, а это бывает сплошь и рядом, я отвечаю: «Я же не могу бросить все и отслеживать только заметки «про вашего мальчика»! Вы же, насколько я знаю, поссорились с нашим корреспондентом, куда-то его не пустили, что-то ему не рассказали, а рассказали другому. Вот отсюда и все корни. Попробуйте помириться».
Могу сказать, что для меня открытая дружба какого-нибудь нашего журналиста с каким-нибудь миллионером, олигархом-ньюсмекером является залогом объективности информации. Потому что нет ничего более разрушительного для такого рода дружбы, чем заказуха. Ведь если журналист находится во вполне дружеских и честных отношениях с бизнесменом и что-то заказное о нем опубликует, то бизнесмену этого покажется мало, он тогда начнет требовать. А журналист, естественно, потребует за это денег…

Отследить это невозможно. Тем более, специфика «Ъ», его бизнес-блока, такова, что ведущие той или иной темы разбираются в ней лучше меня или главного редактора. Обмануть меня нетрудно. Тем более, если статья умная, а не явная «джинса»... «Ну и что, жалко тебе, что ли?! – спросите. – Если не видно невооруженным глазом, то и пусть джинсует».


Нет, это не так! Потому что это – репутация издания, и потом оправдываться, что я такой хороший, а это у меня журналист продажный… Во-первых, никто не поверит, во-вторых, какой же ты начальник, если у тебя работает такой плохой журналист?!
«Правильно сработали!..»

Какая еще есть методология сотрудничества между журналистикой, которая априори приносит бизнесу одни неприятности, и бизнесом, который от нее этих неприятностей все время ждет?

Существуют PR-агентства. Они работают и с «Ъ». Для того, чтобы не делать им рекламу, не буду их называть. Начальники некоторых агентств – мои приятели. И очень часто темы или структуры, лоббируемые этими агентствами, попадают на наши полосы. В том числе и на первую. В этих агентствах работают менеджеры, которые разбираются в газете, в ее интересах и темах порой лучше, чем сами журналисты. И когда у них появляется интересная для газеты и выгодная для клиента информация, они приходят к нам – вовремя, на эксклюзивной основе. И появляется заметка. Я ничего страшного в этом, честно говоря, не вижу. Правильно сработали!
По-моему, смысл PR-агентства – быть связующим звеном между бизнесом и газетой. Допустим, им надо поместить интервью с неким человеком. Нам это интервью не нужно, а «Известиям» оно очень хорошо. И опытный пиарщик это поймет, и к нам соваться не будет, а придет туда, ему еще и «спасибо» скажут.

Больше того, когда ко мне приходит крупный рекламодатель и говорит: «Не могли бы вы сделать заметку на такую-то тему или просто за нами последить?», я, если тема нам неинтересна, отвечаю: «Ребята, вот идите в это пиар-агентство, я прямо при вас им позвоню, они вас возьмут на обслуживание, и уверяю, все у вас будет в шоколаде. Потому что они умеют работать со СМИ». Это, кстати сказать, редкая профессия – качественный пиарщик. Только не подумайте, что мы получаем за эту рекомендацию «откат» от PR-агентств!..


Материал подготовил Влад ВАСЮХИН
Источник:  Sostav.ru
страница 1
скачать файл

Смотрите также:
Первая серия «Рекламный отдел не должен читать заметки …»
128.24kb. 1 стр.

И. А. Ильин Из лекций "Понятия монархии и республики" основные задания монарха публикуется по "О монархии и республике". Собрание сочинений: в 10 т. М.: Русская книга
468.23kb. 2 стр.

«магистр» Срок обучения – 2 года. Вступительные требования высшее образование специалист, бакалавр в технической/естественнонаучной области Вступительные испытания – междисциплинарный экзамен по направлению подготовки
40.62kb. 1 стр.

© kabobo.ru, 2017